«Зачем им зиндан?!»

В управлении Карлага нашли яму непонятного назначения

Жители Долинки давно привыкли видеть в своем поселке иностранцев с видеокамерами и фотоаппаратами. Некоторые, горделиво называя себя «детьми Карлага», с удовольствием передают приезжим жуткие байки о жизни политзаключенных. В действительности же эти рассказчики – люди среднего возраста, которые или в Долинку-то попали лет тридцать назад, или же родились здесь уже в то время, когда Карлаг стал историей. Так что большая часть страшилок ничего общего с реальностью не имеет.
Сейчас наступил подходящий момент расставить все по своим местам, отделив мифы от истории. Здание управления Карлага наконец отремонтировано, Музей памяти переедет туда из тесной бывшей поликлиники уже в январе. На новом месте планируется отвести комнату под компьютеризированный исследовательский центр, который будет связан через интернет со всем миром. Ведь интерес к лагерному прошлому Караганды не утихает.

СЛУХ ПЕРВЫЙ. ЗИНДАН
Двадцать лет здание, где размещалось управление Карлагом, постепенно разрушалось. Возродиться в качестве памятника истории ему помог кризис. В этом году по республиканской программе «Дорожная карта» там сделали капитальный ремонт.
Когда в подвале разгребли завалы, музейщики были потрясены.
В одной из комнат с пола подняли старый потрескавшийся слой бетона, а под ним обнаружили глубокую выложенную кирпичом яму непонятного назначения. Не больше метра диаметром, она уходит в землю на два с половиной метра. Сверху была практически полностью сгнившая деревянная крышка. Сотрудники музея предположили, что дерево служило лишь основанием для металлической решетки.
- Что это такое, мы не знаем, – рассказала корреспондентам «Нового Вестника» директор музея Марина Клышникова. – Но предполагаем, что это был зиндан. Потому что в воспоминаниях многих заключенных есть свидетельства о том, что за нарушение режима людей сажали в такие колодцы. Где конкретно были эти колодцы, документально не зафиксировано. Но есть свидетели, утверждающие, что именно здесь.
Марина Ивановна допускает, что после того, как Карлаг закрылся, а здание управления отдали под детский санаторий «Бригантина», страшный зиндан просто замуровали.
Екатерина Кузнецова, журналист, исследователь истории Карлага, более двадцати лет занимающаяся сбором материалов, документов о Карлаге и о тех, кто был его узниками, так прокомментировала рассказ Марины Клышниковой:
- Управление лагеря было чисто административным зданием. Никакого следствия (для этого существовал следственный опер-чекистский отдел – ОЧО, который располагался в другом здании) и тем более никаких пыток здесь не было за их ненадобностью. Ведь заключенные прибывали в лагерь из тюрем, уже пройдя все пытки и получив приговор. А в подвале располагался Спецотдел, архив и уже позже – очень маленький буфет. Все эти годы мои исследования опирались в первую очередь на воспоминания о личном опыте тех, кто прошел Карлаг. Это были и репрессированные в 30-е годы, и работники лагеря тех лет. Теперь же о сталинской репрессивной системе написано так много, что «белых пятен» остается все меньше. Издано огромное количество документов. И ничего подобного, о чем говорит Клышникова, конечно же не было. Это слухи, выдумки, спекуляции на истории и плод невежества и незнания. …Я объясню, откуда взялся этот колодец. В начале прошлого века в Долинке обосновались крестьяне из центральной России. Они и основали собственно это поселение. Естественно, люди рыли колодцы. Когда начали строить лагерь в 1932 году, из Долинки выселили всех и расчистили место для строительства лагерных зон и здания главного управления лагеря (об этом есть документальные свидетельства, и они опубликованы в журнале «Советские архивы» в № 6 за 1991 год). Сухой старый колодец закрыли крышкой и залили бетоном. И все. Вот и весь «зиндан».

СЛУХ ВТОРОЙ. ОРКЕСТР НАД КАМЕРОЙ ПЫТОК
Директор музея показала нам в подвале еще одну загадочную комнату. Она расположена почти под крыльцом. Стены там из неровных камней: их специально не стали штукатурить, чтобы сохранить жуткую атмосферу. «По рассказам, здесь была комната пыток, – говорит Марина Ивановна. – Наверху на ступенях играл духовой оркестр, чтобы заглушать крики заключенных. Хотя мне кажется, тут и так ничего не было бы слышно: стены 80 сантиметров толщиной».
- Какая чепуха! – возражает на это Екатерина Кузнецова. – Я была знакома лично с теми, кто играл в знаменитом оркестре Долинской культбригады Карлага. Анатолий Захарович Карпенчук, музыкант, скрипач, один из дирижеров того оркестра, арестованный по ст. 58 УК РСФСР как «враг народа», в своих опубликованных воспоминаниях подробно рассказал о том, как проходили увеселительные мероприятия для надзорсостава в Долинке. По праздникам на крыльце действительно играл «крепостной» оркестр. На площадке перед крыльцом, при свете фонарей (это важно – в Караганде в те годы улицы не освещались!) танцевали офицеры НКВД с женами. Этот факт засвидетельствовали мне и бывшие работники лагеря – старший следователь опер-чекистского отдела Попов, сотрудники Спецотдела Широков и спецчасти Спасского ЛО Морозов, бывший начальник Акмолинского ЛО (АЛЖИРа) Баринов и другие. Конкретные люди, с фамилиями и именами.

СЛУХ ТРЕТИЙ. ЦЕПИ И ПОДЗЕМНЫЙ ХОД
И все же местные жители продолжают «радовать» туристов жуткими подробностями. Один утверждает, якобы своими глазами видел в подвале управления стул с цепями, другой припоминает вбитые в стену крючья.
Моя собеседница, Екатерина Кузнецова, смеется:
- Начитались детективов и насмотрелись фильмов ужасов. Это все выдумки и сказки! Я помню, как на территории бывшего Спасского лаготделения Карлага, а позже Степлага молодой офицер, сопровождавший нас с фотографом, мне, с расширенными от важности «информации» глазами, рассказывал про «подземный ход на кладбище». И зачем бы делать подземный ход, спросила я его, когда у всех на виду тащили на телеге покойников на кладбище, ныне ставшее в Спасске мемориальным? От кого было прятаться-то? Я лично была знакома с репрессированной по ст. 58 УК РСФСР Фридой Григорьевной Фридлянд, которая в этом лагере была возницей той скорбной телеги, собирала по утрам трупы из бараков. Это ли не настоящий источник подлинной информации? То же самое и с «цепями, криками из подземелья». Читать надо больше серьезных книг, а не сказок и ужастиков, если взялся за историю. Просвещение и знание – вот основа культуры. Ведь столько уже написано! Хотя бы Разгона почитали, я уж не говорю про Шаламова, Солженицына, Слиозберг…
Екатерина Борисовна, кроме всего прочего, хорошо изучила дешевые «недозволенные методы», которыми НКВДшники пользовались во время допросов. Причем, нужно еще раз отметить: речь идет о том, что следствие велось до того, как жертву отправляли в Карлаг.
- Арестованных в Караганде везли в тюрьму в Старом городе, ее долго еще называли «тюрьмой под зеленой крышей», – продолжает Кузнецова. – Сейчас от нее, как и от Старого города, ничего не сохранилось. Вот там велось следствие. И еще в управлении НКВД, конечно. Это на проспекте Сталина, в Караганде, теперь там департамент КНБ, а проспект носит имя Бухар жырау. Все процедура истязаний арестованных описана в исторической литературе, воспоминаниях репрессированных, опубликованы документы ГУЛАГа. Самой страшной пыткой был небезызвестный «конвейер». Когда подследственный упорствует, не подписывает ложных обвинений, не оговаривает себя, его ставит следователь на многочасовую «выстойку». Следователь читает книгу, а человек стоит час, два – десять. Заканчивается рабочий день, приходит другой следователь, а человек продолжает стоять. Все эти воспоминания опубликованы в широкой печати. У меня есть воспоминания (опубликованные!) репрессированного летчика-испытателя Дмитрия Эдгаровича Тира, я с ним была долгие годы лично знакома: его так продержали в тюрьме на ногах 115 часов! Менялись следователи, а человек стоял до тех пор, пока не терял ориентацию и не падал. Или не подписывал…
Другой, доступный и простой метод выбивания признания – «царицы доказательств» по Вышинскому – избиение.

СЛУХ ЧЕТВЕРТЫЙ. ЗИМНЯЯ КЛУБНИКА ДЛЯ ЧЕКИСТА
А вот это вовсе не слух. Начальник Карлага действительно ел круглый год свежие ягоды. В 1989 году в «Индустриальной Караганде» были опубликованы воспоминания бывшего репрессированного – инженера-геодезиста, картографа Георгия Ивановича Левина, он долгое время работал в институте «Гипрошахт» в Караганде после своего освобождения из лагеря. Он был арестован в начале 30-х и стал первым автором первой карты Карлага, сделанной им для начальника лагеря. Именно он и рассказал Екатерине Кузнецовой, что на подоконниках в кабинете начальника лагеря в деревянных ящиках росла клубника…
- В голодной Караганде в то время был на счету каждый кусок хлеба, – комментирует Екатерина Борисовна. – Нищета… А в Долинке было все. Это оазис, созданный руками «врагов народа». В киосках в парке перед главным управлением, опять же по конкретным воспоминаниям конкретных людей – бывшего начальника подразделения ВОХР Яичкина, тех же Попова, Широкова, и десятков других бывших работников лагеря, а также тех репрессированных, кто оставался в Долинке после освобождения «до особого распоряжения» – продавались яблоки, виноград, дыни. Все выращивали заключенные, «враги народа».

СЛУХ ПЯТЫЙ. ЗОЛОТЫЕ РЫБКИ В ФОНТАНЕ
- Какие еще «золотые рыбки» в фонтане? – смеется Екатерина Кузнецова. – Фонтан, который был на площади перед управлением, был самый обыкновенный. Он сохранился в первозданном виде. В аквариум его никогда не превращали. Позже, когда в здании разместился детский санаторий, уже в начале 60-х на нем установили фигуру девушки с мячом в руке. Парк был разбит в начале тридцатых, за ним ухаживали заключенные. Один из работников Карлага (фамилию помню, но здесь она не принципиальна) в 1988 году мне так и сказал: «А дорожки здесь Блюхерша подметала…». Как говорится, без комментариев.
Парк же будет восстановлен по возможности в первоначальном виде. Над этим начнут работать ландшафтные архитекторы. Он станет частью общей экспозиции мемориального комплекса «Музей памяти жертв политических репрессий» в Долинке.

Кстати Ремонт здания лагерного управления обошелся казне в 113 миллионов тенге и продлился четыре месяца. Сделали все: отопление, окна, проводку, коммуникации. Забыли лишь про вентиляцию. Заметил это и аким области Серик Ахметов когда ему показали отремонтированное здание. Он обратил внимание на то, что в помещении душно и очень удивился такому упущению. Ведь для музея крайне важна вентиляция. И речь тут идет не о банальных вентиляторах, а о специально разработанной системе климат-контроля, которая бы поддерживала для каждого зала оптимальный температурный режим. Исправить ошибку музейщики надеются уже летом. Кроме того, аким решил, что третью часть здания следует отдать национальным культурным центрам, которые будут заниматься привлечением туристов. В музее будут 11 экспозиционных залов, конференц-зал и библиотека. В подвале оборудуют карцер и следственные комнаты. Хотя заключенных там на самом деле не содержали, посетители все-таки смогут почувствовать атмосферу сталинских застенков.

В записи нет меток.