Дело об удавке

Полицейские утверждают, что задержанный сам пытался повеситься

Маргулан выжил, но остался инвалидом. Бывший военный уверяет, что о суициде и не думал – его избивали и душили полицейские. Несмотря на бесчисленные жалобы, уголовное дело против них так и не возбудили. Сейчас Байжановы готовятся к публичной акции, надеясь доказать свою правоту.
Два года назад Маргулан Байжанов жил вместе с женой и ребенком в Приозерске, где служил по контракту. 20 октября 2008 года супруга отпросилась на день рождения подруги. Вернулась после полуночи. Вспыхнула ссора, жена получила от мужа оплеуху, ей стало плохо. Приехавшая на вызов врач «скорой помощи» сделала ей успокаивающий укол и уехала. А через некоторое время явились стражи порядка. Они получили сообщение из службы «03» о том, что муж побил жену. Супруга Маргулана отказалась писать заявление на мужа. Но полицейские все-таки забрали парня в участок.
- Они составили протокол, но я отказался его подписать, – рассказывает Маргулан Байжанов. – Тогда полицейские схватили меня за бушлат, начали бить и пинать. Я попытался выбежать из кабинета, а мне сзади на шею накинули веревку и стали душить. Я упал и потерял сознание.
В больницу Маргулана забирала та же сотрудница «скорой помощи», которая приезжала к Байжановым домой. Через два дня находящегося в коме контрактника отправили на вертолете в военно-клинический госпиталь Алматы. А его родственники написали заявления в ДВД области, МВД и Генпрокуратуру. Врачи не давали гарантий, что младший сержант выкарабкается, – после такой травмы мало кто выживает. Почти два месяца пациент пролежал в коме, две первые недели – в барокамере. Распрощавшись с военной карьерой, Маргулан Байжанов вернулся домой с неуверенной походкой старика и несвязной речью. Теперь ему приходится принимать противосудорожные таблетки. Пробовал обойтись без лекарств – на следующий день случился припадок. Начали дрожать пальцы, затряслись руки и ноги, потом судорога скрутила все тело.
- В алматинский госпиталь приезжали полицейские, предлагали снохе деньги на лечение, машину, лишь бы мы забрали заявление, – говорит отец парня Ермек Байжанов. – Я ее отругал: «Он при смерти лежит, а ты о деньгах говоришь». Здоровье не купишь, мы хотим, чтобы виновных наказали. А она, изменив свои показания, пустилась в бега. Из материалов дела исчезло ее первое заявление, но у нас осталась его копия. В нем Элеонора Егизбаева просит прокурора «принять меры в отношении полицейских, которые незаконно, без моего согласия зашли в квартиру и забрали мужа в 4-й отдел ДВД области, несмотря на то, что я написала расписку о том, что не имею к нему претензий. После чего он попал в больницу в тяжелом состоянии».
Позже в Приозерск выехал следователь управления собственной безопасности ДВД области. Туда же на следственный эксперимент пригласили Байжанова. Инвалида сопровождал его 79-летний отец.
- Маргулан показал кабинет, в котором его избивали, на двери там приклеена бумажка с надписью «Кабинет прокурора». Открыли, а там вообще пусто, ни стола, ни стульев, никакой мебели нет, – рассказывает пенсионер. – Никто из полицейских не пришел на следственный эксперимент. Дав показания, мы вернулись ни с чем. Нам отказали в возбуждении уголовного дела. Отписались, что факты не подтвердились.
С приозерскими полицейскими УСБшники все-таки побеседовали. Те рассказали свою версию происшедшего. По их показаниям, в ту ночь Байжанов был сильно пьян и встретил их нецензурщиной, да и вообще вел себя агрессивно. По рации они вызвали военную полицию и привезли младшего сержанта в отдел. В это время к ним поступило сообщение о том, что в местном баре вспыхнула драка. Стражи порядка уехали на вызов, оставив Байжанова в коридоре дежурной части. А через пять минут дежурный, выглянув в окошко, увидел, что мужчина повесился на ручке металлической двери. Выбежав вместе с напарником, они перерезали веревку и вызвали «скорую помощь». Как раз в этот время в участок приехали сотрудники военной полиции. Позже в Караганде УСБшники устроили очную ставку Байжанова с приозерскими полицейскими. Он смог опознать избивших его майора и капитана.
- Я спросил у них: «Если я был такой пьяный, почему вы не сдали меня в вытрезвитель или в военную полицию?» Они отвечают, что у них времени не было. Глядя мне в глаза, они утверждали, что я ждал в фойе их возвращения, – сжимает кулаки от возмущения Маргулан Байжанов. – Если я так свободно ходил по коридору, как они говорят, я бы, наверное, ушел домой подальше от неприятностей.
Следователь УСБ пришел к выводу, что вина полицейских не доказана. Более того, слова самого Маргулана опровергаются показаниями полицейских на очных ставках. Сотрудник управления собственной безопасности посчитал, что хоть здоровью заявителя и причинен тяжкий вред, невозможно определить, каким способом (в результате повешения или удушения) он получил увечья.
- Полицейские утверждают, что он был пьяным, но следователь УСБ даже не перепроверил их слова. В военном госпитале анализы не показали наличие алкоголя в крови. И фельдшер «скорой помощи» сказала, что не может утверждать, что он был пьян, – говорит отец Ермек Байжанов. – Сноху до сих пор не нашли, не выяснили, почему она поменяла показания. Мы писали жалобы в МВД, оттуда пришел ответ, что наше письмо переслали по месту совершения преступления. Отвезли заявления в областную прокуратуру – до сих пор ждем ответа. Осенью была прямая линия с президентом, наш вопрос приняли, зарегистрировали, дали номер. И тоже до сих пор ничего не ответили. Все-таки права народная мудрость: «ворон ворону глаз не выклюет». Не будут полицейские сажать своих коллег. Поэтому мы и хотим поехать в Астану, достучаться до министра или его замов, чтобы это дело расследовали столичные следователи.

Популярность: 13%

Метки:Полиция