Резиновая дубина правосудия

В подвале здания облсуда конвоиры избили осужденного

Этим делом занимается городской филиал Международного бюро по защите прав человека и соблюдению законности. Получив жалобу осужденного, правозащитники послали запрос в УКУИС. Там подтвердили – такой случай действительно был.
Директору бюро Юрию Гусакову прислали копию освидетельствования, проведенного в тот же день тюремными медиками. Комиссия, в состав которой входил и начальник избивавшего зека конвоя, зафиксировала синяки, кровоподтеки и ссадины на теле Ануфриенко.
«Я сидел молча, не нарушая режима, ждал этапа, когда в камеру вбежали старший конвоя с конвоиром и начали избивать меня, – пишет Владимир Ануфриенко. – При этом я не оказывал никакого сопротивления. Не сказав ни слова, они пристегнули меня к лавочке, избивали руками, ногами и дубинками. Били по всему телу и голове».
У жалобщика есть свидетели – сидельцы СИ-16, которые в тот день находились в соседних камерах. По словам избитого, арестанты видели, что он не нарушал режим. После того как судьи закончили рассматривать все дела, подследственных посадили в автозак, а Владимира Ануфриенко, если верить его рассказу, оставили в подвале облсуда, пристегнув к трубе наручниками. Начальник караула приказал каждому из пятнадцати конвоиров трижды ударить заключенного дубинкой.
«После этого мне сзади надели наручники, расстегнули куртку и мастерку и в таком виде посадили в автозак. Я просил их освободить руки или помочь мне одеться, но они (стражники – авт.) ответили «не положено», – рассказал в письме Владимир Ануфриенко. – Из-за этого я получил переохлаждение организма и нуждаюсь в лечении. Врачи АК 159/1 (официальное название СИ-16 – авт.) сняли побои. Мне нанесли большой урон здоровью и материальный ущерб: порвали штаны и куртку, которые теперь не подлежат восстановлению и ремонту. Тем самым нанесли материальный ущерб на сумму 18 тысяч тенге».

ГОСПОДА С ДУБИНКАМИ – НЕ СУДЬИ
- Никто из арестованных, будь то подследственный или осужденный, не должен быть избит государственным деятелем в погонах или без. Тем более во дворце правосудия и лицами, которые к следствию никакого отношения не имеют, – заявил директор карагандинского филиала Международного бюро по защите прав человека и соблюдению законности Юрий Гусаков. – Я думаю, что уголовное дело в отношении военнослужащих из воинской части 6505 (именно они конвоируют осужденных – авт.) должно быть возбуждено в обязательном порядке. Их действия подпадают по статью 347 Уголовного кодекса «Применение пыток». А это грозит лишением свободы от пяти до десяти лет. Статья 17 Конституции говорит однозначно: «человеческое достоинство неприкосновенно, никто не должен подвергаться пыткам и обращению, унижающему человеческое достоинство». Человек четко и ясно говорит в своем заявлении: «ничего не делал». Да, он совершил преступление. Так вы, господа с дубинками, не судьи. Ему уже вынесли наказание, а вступило оно в законную силу или нет – не ваше дело.
Как отмечает правозащитник, в Казахстане до сих пор нет механизма по предотвращению пыток. И пока он не создан, начинать расследование подобных случаев должна прокуратура.
- Я бы не хотел, чтобы после проверки мы получили формулировку «акты не подтвердились». Они подтвердились, и есть документальные свидетельства, – говорит Юрий Гусаков. – Так что здесь пахнет не служебным расследованием, а возбуждением уголовного дела. Виновных надо привлекать к ответственности не за превышение полномочий или халатное отношение, а именно за применение пыток.

ПРАВОМЕРНЫЕ ПОБОИ
Прежде чем ответить на вопросы корреспондента «НВ», заместитель командира Карагандинского соединения МВД долго зачитывал правила применения спецсредств. И расписывал, с каким риском приходится сталкиваться конвою на службе. В качестве примера подполковник рассказал случай, произошедший в одном из алматинских судов. Сестра осужденного прямо в зале судебного заседания умудрилась передать брату газовый пистолет. Угрожая оружием конвою, заключенный разбил стеклянную перегородку и выбежал в коридор. Там его поймал пристав. Хоть эта история и не имеет отношения к Караганде, офицер счел долгом лишний раз напомнить о том, какой опасный народ – зеки.
- По жалобе Ануфриенко военная прокуратура проводила дознание и отказала в возбуждении уголовного дела, – приступил наконец к теме разговора заместитель командира Карагандинского соединения по воспитательно-правовой работе МВД РК Нурбай Бектурсынов. – Действия начальника караула признали правомерными.
- То есть он имел право бить осужденного?
- Не имел. Но я не могу давать оценку военно-правоохранительным органам, которые признали, что применение спецсредства – резиновой палки – было правомерным. Наверняка действия Ануфриенко были направлены против караула.
- Вы разговаривали с конвоирами, которые дежурили в тот день?
- Разговаривал. Они действовали в рамках закона.
- То есть они признались, что били заключенного?
- Начальник конвоя написал рапорт о применении спецсредства: палки резиновой.
- Но как они объяснили свои действия?
- Если хотите заполучить материал, пожалуйста, обратитесь письменно, – ответил подполковник, но подумав, все же зачитал выдержку из документа. – «Начальник караула предоставил акт о применении спецсредств и физической силы в отношении осужденного. Ануфриенко нарушил режим содержания во время процесса, оскорблял судью, провоцировал конфликт, оказывал сопротивление при выполнении задачи караула». Всякое возможно, все-таки человек был осужден на 18 лет колонии строгого режима… Если караул не начнет своевременно применять спецсредства, угроза будет всегда. Тому пример – случай в Алматы.
- Насколько было правомерно, чтобы пятнадцать человек били одного?
- У вас неверная информация. Караул состоит из восьми человек, все они не могут находиться в одном месте и тем более избивать одного человека. Есть определенная расстановка часовых.

Метки:Полиция